artur_s (artur_s) wrote,
artur_s
artur_s

Кафе «Моцарт».

От Мюнхена до Зальцбурга всего-то ничего.
Каких-то пару часиков на электричке типа RE или RB – и ты на месте.
Конечно, по сравнению с нормальным поездом вроде ICE, которым я добирался из Маннгейма до Мюнхена никакого сравнения – тот скоростной, с аэродинамическим корпусом, а этот прост, как правда, но ехать можно.
Конечно, никаких табло с информацией, ориентация в пространстве – только по многословному трепу машиниста, глотающего слова и целые фразы на хохдойче.
Да еще заглушаемому детскими воплями, визгливыми женскими криками и басовитым толковищем с матюками на великом и могучем...
Оглянувшись, я понял, что меня угораздило забраться в вагон с российскими туристами из Тьмутаракани, о чем свидетельствовали не только темы полупьяных бесед, но и спортивные голубые штаны с тройными лампасами на мужиках и серо-синие блузки с мятыми до пят юбками мадонн с орущими детишками, зачем-то притянутыми к данной поездке.
Точно.
Орали они до самого Зальцбурга, где и выгрузились под строгие команды: «Не расходиться! Растеряетесь к свиньям!» некоего командира с челкой на стриженной полубоксом голове.




Flag Counter



Выйдя из помещения вокзала, значительно, кстати, уступающего по размерам и модерновости Мюнхенскому, я продолжил наблюдение за другой, более обширной количественно, но идентичной качественно, группой, живописно расположенной в сквере рядом с вокзалом.
На скамейках, на камешках, просто на земле пили, ели, спали и просто таращили глаза толпы подозрительных типов, по виду бомжей.
Но полиция лениво обходила их стороной.
Эти тихие граждане, как мне потом объяснили, слетаются сюда, в Зальцбург попрошайничать у богатых туристов со всего света, которых тут немерянно.

Моцарт – вот главная наживка города – рая для почитателей гения.
Площадь Моцарта.

pamyatnik-Mocartu-v-Zalcburge (1)

Скульптура Моцарта.
Дом, где родился Моцарт по Getreidegasse 9.
Тарелочки, вазочки, стаканчики, ложечки, где изображен Моцарт.
Магазины, магазинчики, лавочки, где все товары – с его изображением. Отбоя от покупателей нет.
Моцарт!
Здесь родился Моцарт!
Здесь крестился Моцарт!
Здесь...


Но я мужик крепкий. На дешевку не кидаюсь. Пара фотоснимков, пара десятков метров видеоленты – и хватит.
Я – не музыкант.
Что мне Моцарт?
Путя...пути...путешественник я.
И только.
А потому просто пошатался по городу вдоль реки Зальцах, затем в сторону крепости Hohensalzburg одиннадцатого века, по площадям светского Зальцбурга - небольшим и уютным, как, например, Waagplatz или Alter Markt

Всего несколько шагов - и я в ином мире.
По Franziskanergasse от Соборной площади попадаю в фестивальный район, по Wiener Philharmonikerstrasse, бывшему рыночному переулку, - на Университетскую площадь.
Гуляя по Getreidegasse, не пропускаю ни одного внутреннего дворика с магазинами сувениров, антиквариатом.
На многих домах знаки гильдий - воспоминание о Средневековье.
На площади Моцарта посидел в кафе.
Расплата – в евро.
А вот, помню, в Цюрихе – только и исключительно во франках, змеи! Даже в платном сортире в центре города при оплате в один франк шустрая бабка затребовала два еврика, тогда как курс, сами понимаете, строго наоборот!
Нихрена у нее не вышло. В Макдональдсе отлил за так! Хотя тоже там были свои заморочки: надо было куда-то засунуть чек покупки чего-нибудь этого заведения.
Но не учли хозяева, что можно зайти в дверь, открываемую помочившимся товарищем.
Ладно.
Это я отвлекся.
Хотя сортирные проблемы – это серьезно. Особенно, когда не приготовил заранее нужную валюту!

Да.
Так вот.
Сижу я в кафе.
Вдвоем.
Питаемся, чем бох послал, а именно, мороженым, соками и кофе, само собой.

Вокруг за столиками сидят люди, беседуют на немецком, английском, французском и других языках и едят и пьют, как и мы, мороженое, соки и так далее.

Метров со ста на наше кафе смотрит Моцарт.
Правда, не живой, а, наоборот, железный.
Серого такого цвета.
На белом таком пьедестале.

Смотрит, и презрительно так, искоса, через губу как бы говорит:
- Жрете, мол, чепуху всякую и говорите, мол, о всякой чепухе: дети, работа, семейные дела всякие, хоть и на разных языках, а ерунду плетете! Нет, чтобы обо мне, про симфонии мои или, скажем, про ре-минор или хотя бы про си-мажор. Уши вянут, уроды вы все! Про музыку говорить надо, засранцы!

Это как бы Моцарт с пьедестала обижается на публику в его родном городе… Или это мне показалось? И, главное по-русски! Интересно девки пляшут, думаю…
Ан нет!
В этом коловороте языков явственно различаю русскую речь. Оглянулся. Точно! Приближаются к нашему кафе двое.
Пожилые люди оба.
Один – покрупнее, толстый, с большими залысинами, седой, лет шестидесяти, а второй худощавый, морщинистый, суетливый какой-то, лет на пятьдесят плюс-минус трамвайная остановка примерно. И по-русски говорят. Подходят к нашему столику – у нас два свободных стула, а остальные столы перегружены под завязку.

Толстый обращается ко мне:
- Э-э, дайне...э-э-э, зайне платц, э-э-э...эт-та-а-а....
Оборачивается к худощавому и просит подсказки:
- Толик, как сказать этому лабуху по-немецки насчет посидеть нам с ним и с его фифой, а то ж ноги у нас отвалятся нахер?

Толик открыл рот, но я любезно ответил сам:
- По фене, любезный, можете говорить со мной по-русски. На немецкий это не перевести. Я же, со своей стороны, могу у вас за «фифу» и моргала выставить и хлеборезку начистить. Вы, надеюсь, не возражаете?

Толстый окаменел.
Как стоявший за его спиной Моцарт.
И даже цвет лица у него стал серый, как у великого композитора на постаменте.

- Ох! – простонал он, - извините, пожалуйста! Я не хотел вас обидеть! Тем более, вашу красивую спутницу! Которую тоже прошу меня великодушно извинить! Прошу прощения, господа! Мне показалось, что вы иностранцы! Извините еще раз! Мы пойдем с Толей дальше.

- Да ладно, что уж там! Бывает. И на старуху, знаете...- примирительно сказал я, удовлетворенный его смущенным видом и вмиг покрасневшим простодушным русским лицом.
- ...да, да, да, - зачастил он. – На старуху проруха, как говорится…да, да…

Толик пришибленно стоял рядом, глядя, как его приятель оправдывается. Мне даже показалось, что смотрел он на ужимки приятеля с чувством глубокого удовлетворения.

- А вы откуда? Из Москвы, наверно? Или из Питера? – начал знакомиться с нами толстяк, вытирая испарину и грузно присаживаясь на затрещавшее под ним пластмассовое кресло.- Меня вот Владимиром зовут. Как, знаете, Путина или того же Ленина, хе, хе. Но можете звать просто Володей или Вовой, а можно Владимиром Петровичем. Я из Новосибирска сам.
- Земляк, значит, - вставился я в бессвязный поток, и уточнил: - бывший.
- Да ну? – обрадовался Вова. – А вот Толик из Омска…, точнее, из Мюнхена, но раньше из Омска. Это теперь он в Мюнхене, а раньше из Омска.
Толик тоже подсел к столу и интеллигентно уточнил:
- Я уроженец Омска, но живу в Мюнхене уже семь лет. Анатолий Самуилович.
Кашлянул.
- С женой и сыном. Еврейская иммиграция в Германию, так сказать. А вы ведь тоже, кхгм, с пятым параграфом, так сказать? Как говорят…

- С ним, с самым. Только я не из российских столиц, а прямиком из Израиля. По делам я здесь, в Европе. Закончил дело, гуляю смело... в Зальцбурге.
- А-а-а, ясно, - протянул смышленый Толик, - так это можно обмыть, скажем, местным винишком или чем покрепче.
- Крепче! – втянулся в беседу Вова. – Водка-то у них есть? А, кстати, ваша... ммм… подруга тоже будет пить? Ее как звать, простите?
- Фифа – ответила моя подруга. – Зовите меня Фифа. Это имя мне понравилось. И не краснейте, Вова. Экий вы лабильный! Аж испарина на лбу!

Так я познакомился с Толиком и Вовой в каких-то ста метрах от железного Моцарта серого цвета.
На площади его имени.
Моцарта имени, конечно.
Вольфганга-Амадея.
В кафе его имени.
А, кстати, ликер его имени мы заедали конфетами также имени Моцарта.
Замоцардовали нас там, короче, в Зальцбурге.
Напрочь.

Но истории Вовы с Толиком в моей памяти остались. О чем и докладываю ниже. Как говорится. От первых лиц, естественно. Так четче проступают контуры этих...э-э-э, фигур.

(Продолжение следует)
Tags: Мои рассказы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments