February 25th, 2021

я

О Буржуях и Совках.




– Что-то скучно стало в последнее время, -– Старик протяжно зевнул, – извиняюсь, ребята. Дока, расскажи что-нибудь смешное, а то всё надоело: политика, политика, техника, даже бабы! Вот ведь как бывает…
– Разогни, разогни, Дед, а то насчёт баб ты загнул! – Друг лениво потянулся за рюмкой.
– Да. Тут Старик ошибся, я согласен, – поддержал я, – это у него случается от недоперепития. Так о чём рассказать? Заказывай!

Мы любим приезжать сюда, в это кафе на пляже Хоф Дор, недалеко от Зихрон-Якова, напротив арабской деревни Фурадайс, что можно читать как Парадиз, что, в свою очередь, означает Рай. Я, конечно, сомневаюсь, что Рай находится именно в этой деревне, но ни с кем из местных не спорю на эту тему, хотя они со своими кальянами иногда рассаживаются в большом количестве недалеко от кафешки и ведут неспешно свои арабские разговоры.
А мы сидим на веранде, потребляем в меру алкоголь под острую закуску и наблюдаем за белыми барашками волн, бьющими в мелкую гальку и песок под шумное придыханье приливов-отливов.


– Насчет смешного не обещаю, – начал я, – просто в последнее время скопились в кучу то ли смешные, то ли грустные факты о некоем не то что противопоставлении, а скорее, о некотором отчуждении…
– Дока, не тяни кота за хвост! Чего это ты замямлил? Я не ожидал от тебя такой тягомотины! Выкладывай! – строго отрезал Старик, глядя в сторону морской пучины, – наверняка что-то душетрепещущее хочешь нам доложить!
– Пожалуй и так. Ладно. Слушайте. Я, знаете ли, добрый человек…
– Ой, ой, ой. Дока – добрый …– Друг поперхнулся пивом Гольдстар, – Дока – добрый…
– Не веришь, что ли? Да, я – добрый, но иногда… Вот послал я в очередной раз фотографии на доисторическую родину. Родичам послал. Нормальные фоты. Идеологически выдержанные, я считаю. Дом свой снаружи, дом внутри, сад, машина, пейзажики на фоне моря или, наоборот, море вкупе с сухопутными пейзажами – в общем, ничего особенного, среднее, не чрезвычайное.
И что же вы думаете?
Получаю ответ от брательника, застрявшего в Сибири на всю оставшуюся жизнь. И пишет он следующее: – Ну вы, мол, там, буржуи. По-буржуйски живёте. Красиво. Не то, что мы, простые труженики, бедные и практически разнесчастные. В таком вот духе.
Я, конечно, внутренне напрягся. Вздрогнул внутренне, знаете ли. А с чего это вдруг, думаю, я вдруг оказался вдруг буржуем? Ведь это словечко глубоко угнездилось в моём сознании, как очень нехорошее, противное, пакостное и оскорбительное! Я достаточно ясно излагаю, граждане буржуи?

Flag Counter

Collapse )