artur_s (artur_s) wrote,
artur_s
artur_s

Categories:

Ужастик-3. Милка

В студенческие годы я был как-то раз в Энске, где жила семья моей тетки. Дядя Женя, директор Ботанического сада, встретил меня кубинским табачком, а тетя Аня, которую, впрочем, я называл панибратски Теткой, угощала вкусностями и кричала:
- Миля! Поводи Доку по городу, покажи ему красивые места! – что звучало несколько двусмысленно, а потому Милка, их дочь, а моя двоюродная сестра, пристально вглядывалась в меня и красивым жестом поправляла челку, подстриженную по последней моде.
- Ну, пошли, - звала она меня со странными нотками в голосе.
В девятнадцать лет я оставался лопухом в плане межполовых отношений индивидуумов, хотя девочек уже трогал, конечно, за разные места.
Милка водила меня по парку и мы беседовали на разные темы, но она умело сводила все разговоры к мальчикам, мальчишкам, мужчинам. Ей было тогда семнадцать лет, она была хрупка, аккуратна и миловидна.
- Ты знаешь, Дока, здесь у нас есть военное училище, а там такие парни, такие парни! – и смотрела на меня искоса, низко голову наклоня, как поется в одной грамматически не отшлифованной
песне.
- Я вот смотрю на тебя, ты – ничего себе мужчина, - выговаривая со смаком последнее слово, тянула она мелодично. – Вот захочу, и ты на мне женишься! По еврейским законам двоюродные брат и сестра могут жениться!
Я чувствовал ее игру, но смущался, потел и топтался, как молодой жеребец перед напирающей на него опытной кобылкой.
- Чего ты молчишь? – давила она мне на психику. – Ты меня любишь? Поцелуй меня! Да не так… - и показывала, как надо.

Я жил не у них, в другом месте, у брата, иначе она бы меня додавила, вероятнее всего. Однако под напором сестрички целыми днями стал торчать в доме тетки, прогуливаясь с Милкой, и лишь поздними вечерами возвращаясь в свою постель.
Как-то раз, припозднившись, в первом часу ночи я бежал за последним трамваем, идущим по нужному мне маршруту.
Ночь. Тишина. Лишь грохот трамвая, со стуком колес на стыках рельсов, да скрежет на поворотах… Я бегу рядом, догоняя трамвай, звучно и четко печатая ботинками по асфальту. Чок-чок, чок-чок! Мне девятнадцать. Меня целовала сейчас девушка. Каждая мышца в тренированном теле слаженно работает. Никакой усталости. Мощь в ногах. Торс держится прямо. Никакого напряжения. Чок-чок, чок-чок! Молодость. Сила. Энергия. Меня целует девушка. Хорошо!
Милка еще дважды напирала на меня по поводу возможной женитьбы, но видя мою панику, отступила, брезгливо кривя губы и фыркая.

Через год она вышла замуж за выпускника Высшего военного-политического училища Ваню, специализировавшегося по части арабских стран и свободно говорящего на арабском. Откуда у парня такие способности – для меня загадка по сей день.
Через пару лет направили Ваню работать личным переводчиком к президенту Южного Йемена Ас-Салялю. И Милка – с ним. Потом его перевели в Саудовскую Аравию.
Дипломатические приемы, рауты, спичи и тосты привели к тому, что пара спилась и наловчилась потреблять наркотики до зеленых чертей.
Через шесть лет веселой дипломатической жизни ребята врюхались на большой скорости, после очередной великой пьянки, в мирно стоящий железобетонный столб. Машина – в капусту, Ваня вылетел через стекло, поломав себе немного костей, а Милке разнесло лицо в лепешку и сломало ключицы, предплечья и кое-что еще попутно из внутренностей.
Поскольку дело было по пьяни, их быстро и без лишнего шума перевезли в Москву, где Ваню починили за полгода, а Милка моталась по больницам около полутора лет, причем время только косметических операций на лице составило год.
С этого времени она стала пить беспробудно.
Дочку, которую семья оставила тете Ане с дядей Женей на время дипломатических трудов, они перевезли к себе.

Я приехал в Москву по делам, когда они вышли из больниц.
Милка бросилась мне на шею и ревела в голос.
- Почему я тогда…зачем я…? – выла она.-Почему я не вышла за тебя заааамуж? Зачем мне эти страааааны? Почему я такая разнесчааааастная?
Я успокаивал ее и говорил, что все будет хорошо, стараясь не смотреть в ее сторону и не вдыхать запахи алкогольной продукции, разящие наповал.
Ваня, которому присвоили звание подполковника, скорбно вздыхал и морщился. Он был покрепче, а потому не спился.

Умерла Милка во сне. Захлебнулась рвотными массами, не успев очнуться. Ей было двадцать девять лет.
Ваня через год женился, стал полковником и преподает в Военной Академии.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 22 comments