artur_s (artur_s) wrote,
artur_s
artur_s

Ханита и Алтай.

- Да-с. Скучно здесь. Ни машин, ни людей, как поется в известной песне.
Старик сплюнул.

- Не порть экологию, - сделал ему замечание Друг. – Вон, Дока где-то выкопал, что с одним поцелуем передается полтора миллиона микробов.
А сколько в твоей слюне?

Мы огляделись, не выходя из машины.
Подъём сюда из Шломи был симпатично-серпантинистым.
И мы ошибочно полагали, что в конце подъёма увидим нечто завораживающе-красивое.
Все же – край Земли Израильской! Граница с Ливаном.

Историческое место семидесятилетней давности, одна из построек периода Хома-у-Мигдаль, когда по никем не отмененному турецкому закону во времена Британского Мандата любое строение, подведенное под крышу, сносить было запрещено, и здесь был основан кибуц Ханита, чтобы обозначить границу Израиля с Ливаном.



Flag Counter



Шесть сотен кибуцников рассосались по своим делам.
Всё было тихо и пусто.
Даже пахло запустением.
От домов, от заброшенного бассейна, от давно не метённых дорожек.

- Скучно, девушки, - повторил Старик и закурил.
- Ну что, назад? – спросил я.
- Давай посидим, побалакаем, время есть – предложил Друг.

Мы расселись на грязной скамейке, подложив предварительно газету «Вести» с политическими новостями первой и второй свежести.
Вид с нашей горки был дьявольски хорош.
Поросшие лесом холмы уходили вниз, к юго-западу в сторону Шломи, на запад к Рош-ха-Никра, и на север, к Ливану.
Фактически мы сидели на границе.
И говорили за жизнь.

- Что-то увлеклись мы современностью, политикой, Второй Ливанской войной с её позором, женщинами и прочей белибердой, а между тем...
- Я попрошу при мне о женщинах... - вступился я.
- ... а между тем, - как бы не слыша, продолжил неугомонный Старик, - сколько хорошего было в юности, в молодости, в периоде, предшествующем козлино-вонючей нашей мужественности, затоптавшей своими так называемыми ценностями тот юный пыл, тот романтизм и непосредственность, ту открытость и...

- Дока, что это с ним? – насторожился Друг. – Температура или просто изжога?
- Ты о чем, Старец? – спросил я. – Мы волнуемся.

- Эх, вы! О чём с вами можно говорить, кроме как о бабах и бабках? Нет в вас понимания глубинной красоты и чистоты помыслов давно закатившейся юности! Вот, например, Алтай.
- Чего, чего? – в голос удивились мы с Другом.
- Да, да, дети мои. И именно Алтай! Да. Это было свято!

Мы поняли, что многократно слышанный нами рассказ об Алтае вновь взбередил душу нашего приятеля, и приготовились внимать в который раз, сдерживая естественную при многократном повторении зевоту. Но времени-то, действительно у нас было много.

- Я понимаю, что вам приелись мои ностальгические сопли, но кто из вас бросит в меня камень, заявив о том, что временами и вас не гложет ностальгия по давно ушедшим временам, друзьям, местам и прочее. Я же не толкую о ностальгии по оставленном нами совке. О друзьях-пожарищах и других товарищах – вот об чем речь!
Итак.
Я начинаю.

На фоне данного пейзажа вдруг вспомнились мне другие картинки. И горы были другие – повыше, и люди другие, - Старик покосился на нас с усмешкой, - и климат был другой. Прохладный. Представьте, в июле на равнине плюс двадцать пять, а в горах на высоте два с лишним километра – снежок лежит.
Но я отвлекся.

До Бийска на поезде, а оттуда сначала до Горно-Алтайска, а потом до Чемала – на автобусе.
А вот от Чемала, вздев рюкзачки на плечи, мы и двинули пешим ходом.

Рюкзак не такой уж чтобы тяжелый – в среднем, килограммов двадцать три, примерно.
Это уж потом, на Байкале мы перли на себе тридцать пять кило – это было весело.
Но об этом потом, в следующий раз.

Это был первый наш большой поход.
Мы – это студенты второго-третьего курса с трех факультетов: самолетостроительного, радиотехнического и электротехнического. Шесть парней и пять девчонок. Возраст – восемнадцать-девятнадцать. Эх. Чистые помыслы. Свежие головы. Оптимизм и прочее. Где это все сейчас? Чёрт...

- Не отвлекайся, Старик, - процедил Друг, - Гони дальше. Почему непарно: шесть на пять?
- Ты, Друг – пошляк. Это у тебя на лбу написано. Непарно – потому что, во-первых, мы не сексом шли заниматься с такими-то рюкзачками, во-вторых, секса в Союзе тогда не было, и, наконец, в-третьих, Витя был слюнтяй и на вид не мужественный, совсем мальчик – так что какая дура взяла бы его в пару? Но ты меня не отвлекай от сути.
А суть была в том, что попёрли мы сразу по каменистому бережку реки Куба, вверх по течению, временами переходя её саму и её притоки вброд.
Представьте бурные горные речушки с холоднющей водой и дном сплошь в валунах и острых камных.
Заходишь в такую, я извиняюсь, по яйца...

- И девочки тоже? – со смешком спросил я.
- Тоже – сурово сказал Старик, не заметив нестыковочки в определении. – Тоже. Да! Кончай перебивать! Холодная вода, сильное течение, буреломы и прочее. Это тебе не хи-хи. Но не в этом дело. А в том, что неопытными мы были в тот, первый, раз!

Юра был командиром, умница, но и тот не сообразил и дал маху.
В командирскую свою сумку он сунул все наши паспорта, фотопленки, все – я подчеркиваю – все деньги, которые мы хотели использовать на съем лодок на Телецком озере и на обратный путь и, главное, - карту маршрута.

Если коротко, то на второй день пути при очередном форсировании бурного потока реки Куба, с него сорвало течением эту самую сумочку. Да.

Искали мы её до вечера ниже по течению, перерыв все запруды и буреломные скопления, подныривая и ломая ногти о камни. Бесполезно! Речка впадает в реку Катунь, которая чуть севернее сливается с рекой Бией, образуя реку Обь. Вот там и надо искать злосчастную нашу сумочку...
Дай закурить, Дока. Мои кончились.

Старик помолчал и выдохнул клуб дыма в небо.

Приятный ветерок вдруг зашелестел по кронам деревьев и зашевелил хвою старых сосен над нашими головами.

Птички, чирикая, порхали с ветки на ветку, норовя скинуть на наши головы результаты работы их маленьких желудочков.
Эта опасность заставила нас сняться с места и пересесть на другую лавку без нависающих крон.
Эта процедура не только не остановила поток воспоминаний нашего друга, но, казалось, придала им новый импульс.

(окончание следует)
Tags: мои рассказы.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments