?

Log in

No account? Create an account

Старик из Вифлеема Галилейского - 4. - Дока. Инженер ваших душ. — ЖЖ

окт. 14, 2015

06:54 pm - Старик из Вифлеема Галилейского - 4.

Previous Entry Поделиться Next Entry



предыдущее здесь:
http://artur-s.livejournal.com/4882720.html

Из моей книги "Повести, рассказы, истории"



– А когда вернулся в Израиль?
– В сорок шестом.
– И что было дальше?
– Дальше? Поехал я, конечно, в Ришон, к семье, к родителям.

Но вскоре понял, что надо искать другое место для жизни.
Во-первых, надо отделяться от родни, во-вторых, надо искать невесту и, в-третьих, я же специалист!
Я что, зря, что ли, учился на агронома в Микве-Исраэль?

А друзья мои вернулись из Европы сразу в Нааляль!

Flag Counter



Ведь когда тебе двадцать четыре года, неохота жить с роднёй, тянет к друзьям!
И подружкам, конечно…
Стал искать работу по сельскому хозяйству.
А где сельское хозяйство?
Ясное дело, в кибуцах!

Рядом с Наалялем тогда уже было много кибуцов: Шаар-Амаким, Гват, Ифат, Рамат-Давид, Алоним и другие.
Стали мы думать с Ивтахом, что делать, где прибиться по своей специальности?
И Гиора, конечно, с нами.

А тут кто-то из друзей рассказал нам о Бейт-Лехеме Галилейском, который находится недалеко от Тивона и кибуца Алоним, там, где совсем недавно жили темплеры. Немцы из Германии.
Они и основали посёлок Вифлеем Галилейский в 1906-м году.

Ну, я тебе рассказывал уже, сейчас коротко напомню.
Эти немцы-лютеране создали ещё в Германии пиетизм – такое мистическое движение, которое ставило целью создать "Нацию Бога" и переехать на "Землю Бога", то есть, в Палестину.
За образец они брали ранние христианские общины, созданные евреями в первые века нашей эры.

Они были толковыми ребятами, эти темплеры!
До их прихода ни арабы, ни евреи не имели представления об удобрениях, ирригации, насосах, трубах, паровых станциях, комбайнах и других достижениях техники.
А в Европе всё это уже было.

Завод темплеров-братьев Вагнеров по производству сельхозтехники в Валгалле к 1910 стал самым крупным в Палестине - на нём работало более 100 человек.
Темплеры занимались животноводством, выводили новые породы коров. Они скрещивали местных, привычных к жаркому и влажному климату, с более плодовитыми.
Впервые они основали пивоварню, на промышленную основу поставили виноделие.

Сразу после объявления Англией войны Германии в 1939 году, немецкое население Палестины, за исключением мужчин призывного возраста, было сослано в лагеря, образованные в Сароне, сегодня это район Кирьи в Тель-Авиве, Вильгельме, сегодня это Бней-Атарот, недалеко от Лода, Бейт-Лехеме и Вальдхайме, сегодня это Алоней-Аба.

Мужчины же были размещены в лагере военнопленных в Акко.
С продвижением войск немецкого генерала Роммеля к границам Палестины часть темплеров, в основном, молодые семьи, была выслана в Австралию, в город Татура.

После войны жить в соседстве с евреями они уже не смогли - еврейское население Палестины требовало выселения немцев.
В 1946 году был убит мэр Сароны, в 1948 году нападению подвергся поселок Вальдхайм - и темплеры вынуждены были бежать на Кипр.
Через некоторое время им было разрешено переселиться в Австралию, к тем, кто обосновался там раньше.
В Иерусалиме темплеры оставались до 1950 года!

Так вот, от этих темплеров в Бейт-Лехеме осталось четыре тысячи дунамов земли!
И все ближайшие кибуцы стали биться друг с другом за эту землю!

Но кроме этого, была ещё одна проблема.
Вокруг Бейт-Лехема были семь-восемь бедуинских посёлков!
И эти бедуины понемногу тоже стали оттяпывать земли и разводить на них скот.
Ну, с ними мы быстро разобрались!
Один из наших взял в Ришоне охотничье ружье и застрелил пару коров! Тут же прибежала полиция, это были англичане, и стали орать на нас:
– Как так? Безобразие! Как можно?
Ладно.
Мы согласились.
Четверо наших поехали с полицейскими и с пятью бедуинами в их деревню Каабию, недалеко от Бейт-Лехема, и извинились.

Но встал там один старик-бедуин, лет пятидесяти-шестидесяти и сказал:
– Не нужны нам ваши извинения! Мы живём здесь веками, а вы кто такие? Мы не позволим вам ставить какие-то заборы! Мы пасли коров, где хотели, и будем пасти, где хотим!
И сел.
А что могли сделать полиция и мы, молодые ребята?
На том и разошлись.

В общем, проблемы пошли со всех сторон!
А я в это время как раз женился на Адассе!

– Расскажи-ка поподробнее!
– Дело было так.
У меня к тому времени было две подружки.
Одна - Адасса из Нааляля, а вторая – Лея из Иерусалима.
И я мотался время от времени то туда, то сюда.

И вдруг англичане объявили, что по всей Палестине никто никуда не будет ездить какое-то время, то есть, объявили комендантский час, потому что был взрыв в отеле Кинг Давид в Иерусалиме и были убиты трое британцев.

А в это время в Нааляле умирал отец Адассы, он позвал меня и её, и на смертном ложе потребовал от меня жениться на его дочери! Ну, как тебе?
– Так. И что?
– Не было у меня выбора! Не было! Вот. Женился, конечно…

– А где ты познакомился с Адассой? И когда?
– А я тебе не рассказывал, что год до этого я жил и работал в Рамат-Давиде?
– Нет.
– Так вот. Тогда уже в Рамат-Давиде был аэродром британской армии. Оттуда самолёты летали бомбить Северную Африку, когда там стояла армия Роммеля.
И я работал там шофёром на этом аэродроме.

И оттуда ездил в Нааляль, в сельхозшколу, а там учились практически одни девушки, парней почти не было.
И туда я ездил развлекаться.
Была там одна йеменочка, дочка раввина, эх, красавица! Мирьям её звали.
И сестра у неё была тоже ничего так, задастенькая да глазастенькая. Я как-то спросил у этой сестрёнки:
– А где здесь можно винограду попробовать?
Она и показала мне на Адассу!

Ну, и пошёл я за ней в сад около дома её отца.
Немного винограду, немного яблочек, немного груш, ну и пошло-поехало…

Стали вместе ездить, искать, где бы остановиться, гнездо свить, как говорится.
Были в Менхамии, месяца два до начала Войны за Независимость, познакомил я её с друзьями из нашей бригады. Не захотела она остаться там, жарко ей там было.
Снова мотались по стране.
Потом умерла моя мать.
Потом её отец умер.

Хозяйство её отца перешло к её матери, но с ней я не мог сжиться, тяжёлая и строгая женщина была.
Уехали мы с Адассой и стали скитаться, где попало.


(продолжение следует)