?

Log in

No account? Create an account

Исход - Дока. Инженер ваших душ. — ЖЖ

мар. 30, 2018

07:25 pm - Исход

Previous Entry Поделиться Next Entry

Из моей книги "ВОСХОЖДЕНИЕ"




Книга Первая. Глава девятнадцатая.


Лето было в разгаре.
Полуденное солнце, казалось, старалось сжечь все живое, что не успело спрятаться под укрытие.
Ветра не было, и обожженные зноем пальмы, кипарисы и сосны, окружавшие Давидов дом никак не защищали мелкие посадки и тем более траву, успевшую уже пожелтеть большими проплешинами.
В это время все находились дома - спасались от жары.
Хозяин лениво потягивал пиво, охлажденное в сосуде из пористой глины, а Ора, бывшая уже на восьмом месяце беременности, хлопотала по хозяйству.
Сонные мухи лениво ползали по столу, норовя забраться в кубок, из которого вместе с пеной шел приятный и расслабляющий запах перебродившего ячменя, и Давиду приходилось время от времени взмахом руки отгонять надоедливых насекомых.

Идиллию нарушил топот копыт, и, подняв клубы пыли, у дома остановились два всадника.
В одном он узнал Эфраима, второй был египтянином.
Они быстро прошли в дом и, отказавшись на ходу от предложения Оры выпить холодненького, египтянин, не присев, строго объявил:

- В милости Амона-Ра, царя богов! Великий царь Верхнего и Нижнего Египта, сын богов и великий фараон Мернептах повелевает всем сынам Израиля славного города Ахет-Атона, равно как и всех других городов и поселений нашего царства со всеми чадами и домочадцами, со всем их крупным и мелким скотом, со всеми одеждами, а также вещами, со всем их серебром и золотом немедля встать и выйти из среды народа египетского и благословить его, великого фараона и властителя! Выйти, не мешкая и идти к славной столице городу Рамзесу с тем, чтобы этой же ночью покинуть землю египетскую навсегда!

Flag Counter



Не взглянув на хозяев, египтянин развернул коня и отправился дальше. Эфраим спешился и подошел к Давиду.
- Наш час настал,- бодро сказал он, помогая ему поднять Ору, все еще держащуюся за живот.
- Я не могу понять, - дрожащим голосом начал Давид, - нас выгоняют из страны? А как же все это? - он обвел руками дом, постройки и некогда пустынную землю, в которую вложил столько труда и здоровья.
- Давид, мы ждали этого часа четыреста тридцать лет! О чем ты жалеешь? Об этой чужой земле? Сколько усилий понадобилось нашему вождю Моше, который вместе со своим братом Аароном убеждал фараона отпустить нас и с помощью Господа Бога нашего, великого и всесильного, вывести наш несчастный народ из рабства в землю Ханаанскую, текущую молоком и медом! О чем ты горюешь? Об этих горшках и тряпках, об этих щепках и камнях, которых ты называешь домом? Я удивляюсь тебе! Но ты умный, ты поймешь, рано или поздно, ты примешь на себя судьбу народа своего!
А сейчас просто нет времени, быстро собери в повозку вещи, посуду, золото и серебро, прихвати свои инструменты, помоги Оре собраться, да прихватите на дорогу пресные лепешки из теста, прежде чем оно скиснет, потому что нет у нас времени и должны мы быстро добраться до Рамзеса. Путь неблизкий, а уже в эту ночь мы обязаны выйти оттуда в Сокхоф. Все шестьсот тысяч пеших мужчин, не считая жен и детей! Эта та самая ночь, что была хранима Богом для всех сынов Израилевых во всех поколениях.

Итак, начиналось нежданное, незапланированное путешествие в неизвестность, и времени для подготовки к нему было в обрез.
Эфраим подсказал Давиду, что именно взять с собой в дорогу, начинавшуюся этой ночью из дома и неизвестно, где и когда заканчивающуюся.
Соседи Шауль и Авраам тоже готовились к отъезду, и был слышен шум сборов из их домов и мычание и блеяние стад сгоняемого с пастбищ скота.

Еще до захода солнца от Ахет-Атона потянулись к северу повозки, набитые наспех собранным скарбом, на которых сидели женщины, держащие в руках младенцев, а рядом с ними шли мужчины с взрослыми детьми, помогающими им гнать коров и овец.
В дороге Давид узнал, что возглавлять колонну из Рамзеса будут Моше и его брат Аарон, что пойдут они через Сокхоф на Эйтам, что находится на краю пустыни, а для этого они сделают крюк, идя на север, потом, повернув на восток, а там, немного продвинувшись в сторону страны плиштим, свернут на юг и в Эйтаме расположатся станом.

- Для чего такие сложности? - спросил он у Эфраима, которому доверял больше, чем своим соседям.
- Смотри, у нас есть вождь Моше, он лучше нас знает, куда и зачем идти. Ведь не зря говорят, что ему помогает наш Бог, так давай доверимся ему!
Он перешел на шепот:
- Я слышал, что якобы Бог приказал Моше не вести нас прямо в землю Кнаан, чтобы люди, столкнувшись с воинами плиштим, не передумали и не повернули бы вспять, а вести кружным путем через море Суф без боев.

Дорога была тяжелой.
Двигались днем и ночью потому что, с одной стороны, фараон приказал немедленно покинуть его страну, а с другой - Моше хотел отвести народ подальше от Египта, чтобы порвать окончательно с вековым рабством и самим определять свою судьбу.
Колонна образовалась огромная: ведь одних мужчин было шестьсот тысяч, а с женщинами и детьми было больше двух миллионов человек, а повозки, а скот!
И вся эта многокилометровая масса двигалась по бездорожью, по камням и песку, останавливаясь лишь временами, чтобы дать передохнуть животным, тащившим скарб.
Люди спали в повозках, потому что двигались днем и ночью.

Впереди, вдали от людей, перед колонной днем постоянно виднелось какое-то необычной формы облако, которое ночью светилось и как бы указывало дорогу. Говорили, что это сам Бог движется, определяя путь народу. Кто его знает, что это было?
Жара допекала.
Ехать в крытой повозке было тоже не сладко, но идти пешком под палящим солнцем было тяжко; спасали головные белые платки да свободные хитоны, да вода и вино, взятые с запасом.

Ора почти не выходящая из повозки, все время плакала: она совсем не была готова покинуть навсегда дом, к которому привыкла, свое хозяйство, в которое вложила столько труда, своих подруг – египтянок, которые в страхе говорили ей:
- Да куда же ты уезжаешь, никто тебя нигде не ждет, что же будет с маленькой?

Двигаться ночами было легче, но поскольку шли без отдыха, люди уставали и ворчали: - Что он себе думает, этот Моше, гнать вот так без остановки, мы же не железные...
Наконец дошли до Эйтама, передохнули совсем немного, и снова в путь!
Тут шла дорога между Мигдолем и морем, и по дороге уже было полегче, а повороты ее подводили колонну почти к самому морю, к скалам, возвышающимся над ним, и меняющим свой цвет от серо – желтого до пурпурного и сиреневого в зависимости от положения солнца над горизонтом.

Потом вдали показался Пи-Гахирот, а за ним, вдали, были видны строения Бааль-Цфона. Здесь было сказано остановиться и разбить лагерь.

- Что с нами будет, Давид? – спросила Ора, держа на руках маленькую Ривку, - ты знаешь, куда нас ведут, где мы будем жить, чем будем кормить ребенка, когда кончатся наши запасы? В пустыне мы все погибнем без еды и питья!
Давид, сжав зубы, молча снимал вещи с повозки.
Дел было много: надо поставить шатер, сделать какой-то загон для скота, пополнить запасы воды, если найдется какой-нибудь источник.
О чем говорить? Он и сам не знает, что их ждет впереди, ведь толком никто ничего конкретного ему не сказал. Собирайся, поехали – и все! Куда, зачем, от чего? Э-э, нет, от чего – это он знает! Надоело смотреть на этих надутых индюков – египтян, на их самодовольные рожи, гордящихся только тем, что это их страна, а чужие – это так, плесень! Как будто я не такой же человек, как они, как будто у меня нет души, нет самоуважения, и кровь моя не кипит от обид, которые они мне наносят!
Молча, про себя, он пытался ответить Оре, но толком ничего не получалось.
Он знал только, что не зря такая огромная масса людей покинула Египет, не он один такой; и это не только потому, что им приказали уйти, а потому что большинство этих людей чувствовало то же, что и он. Что они здесь чужие и надо идти и осесть на своей земле, только вот, где она и что там сейчас, и что будет потом – никто, похоже, не знает.

Он хотел поговорить на эти темы с Эфраимом, но тот куда - то пропал.
Дело в том, что они двигались в середине колонны, а Эфраим время от времени отъезжал то к ее началу, то к концу, вероятно, помогая Моше и его помощникам. От него Давид и узнавал все новости.
Вдруг вдали послышался какой - то странный шум, и по колонне, располагавшейся на отдых, прошло движение. Он увидел, что люди, находившиеся сзади, вдруг спешно стали закидывать вещи на повозки, сгонять скот и в панике напирать друг на друга. В это время появился Эфраим.

- Собирайтесь, - издалека закричал он, - сзади нас преследуют! Вперед!
Оказывается, вся египетская конница и шестьсот отборных колесниц по приказу фараона пустились вслед уходящим евреям!
Паника разрасталась.
- Разве могил недостает в Египте, чтобы нам умирать в этой пустыне? Зачем мы послушали этого Моше? Лучше бы нам работать на египтян, чем умирать здесь! Зачем он увел нас из наших домов? – кричали в голос женщины.
Не теряя времени, Давид собрал повозку и двинулся вместе со всеми в сторону моря.
Темнело.
В наступавших сумерках люди увидели сзади огненный столп, отделяющий их от наступавшей конницы.
- Быстрее, быстрее, - торопил мечущийся среди бегущих Эфраим.
- Куда быстрее, куда мы бежим? Впереди – море, мы все утонем! – раздавались крики.
- Моше сказал: не бойтесь, Бог спасет нас сегодня! Идите вперед, а египтян, которых вы видите, не увидите завтра! Бог будет сражаться за нас! – отвечал Эфраим.

К ночи усилился восточный ветер и погнал воды моря, и через некоторое время передовые повозки колонны вошли туда, где была некоторое время назад вода!
Все увидели, что слева на невысокой скале стоит Моше и держит жезл в правой, вытянутой в сторону моря, руке.
Люди не верили своим глазам, но движения не прекращали и к рассвету были уже на другом берегу.

Вслед за замыкавшим колонну огненным столпом вплотную гнались колесницы фараона и, когда они уже подходили по образовавшейся суше к берегу, ветер вдруг резко сменился на западный, и вода моря быстро стала заливать египтян.
Вопли ужаса, храп тонущих лошадей, скрежет колес, слетавших с колесниц, резкие выкрики команд заполнили воздух на месте гибели сотен и сотен отборных воинов фараона Мернептаха.
Люди смотрели на эту ужасную картину и не верили своему избавлению от смерти.

продолжение следует