Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

я

Беглец. Повесть. - 4.



ПРЕДЫДУЩЕЕ ЗДЕСЬ:
https://artur-s.livejournal.com/6458281.html

Из моей книги "Повести, рассказы, истории"





Часть вторая

Моше застыл перед последним шагом…
Все чувства замерли.
Он не ощущал, тепло ли, жарко ли.
Пахло стройкой.
На крыше стояли вёдра с битумом, доски, вёдра с краской.
Но обоняние тоже было отключено.
Лишь глаза, устремлённые к морю, видели.
В эти секунды, что отделяли его от неизвестности, снова встало перед глазами Средиземное море 1947 года, когда старый румынский катер доставил его вместе с еще десятком нелегальных беженцев к берегам Палестины.


Глава седьмая.

В Хайфском порту катер пришвартовался к небольшому деревянному причалу.
Английский офицер, стройный, подтянутый молодой человек, в сопровождении солдата и медицинской сестры, шагнул на катер и быстро осмотрел прибывших.
Затем отдал короткое распоряжение капитану катера и ушёл, оставив солдата и медсестру, которая, как выяснилось, должна была сделать прививки.

Опасаясь заразы, которую могли завезти иммигранты, прибывавшие со всех концов Европы, власти Британского Мандата проводили поголовные прививки.
Медсестра, молодая симпатичная женщина, лет двадцати-двадцати трёх, достав из саквояжа шприц, ампулы и вату, подходила к каждому, жестами просила закатать рукав, и ставила укол.

Моше оторвал от лежащей на полу газеты клочок и карандашом написал на иврите фамилию Генис и имя Зейлик.
Когда она подошла к нему, он протянул ей бумажку и на идише попросил:
– Брат у меня здесь. Помоги найти. Генис Зейлик.
У девушки широко открылись глаза.
Она сначала отшатнулась, потом стала внимательно вглядываться в лицо Моше.
На идише же спросила:
– Как тебя зовут?
– Моше-Давид Генис.
После короткого молчания девушка сказала медленно:
– Хорошо. Я попробую его найти.

Прежде чем сойти на берег, она обернулась, окинув взглядом Моше-Давида, его заросшее многодневной щетиной лицо, фигуру в обтрёпанных пиджаке и брюках, пыльные солдатские ботинки.

– Да, что-то есть… Лицом и осанкой он похож на отца! Неужели это мой дядя? Нет, не буду ничего ему говорить. Сначала скажу отцу, вдруг что-нибудь не так, вдруг я ошиблась?

Между тем, всю группу прибывших вывели на берег.
Здесь были молодые и пожилые, мужчины, женщины, дети.
В основном, это были румынские евреи, пятеро – из Венгрии и несколько человек из СССР.

Нагруженные котомками и чемоданами, сетками и сумками, люди подошли к стоявшему неподалёку автобусу грязно-голубого цвета, старому и видавшему виды.
Мужчины забросили вещи на крышу автобуса, огороженную низким металлическим ограждением.

Все расселись по местам, и машина тронулась, поднимая пыль, по дороге, ведущей от морского порта сначала вдоль моря, а потом в глубь страны, огибая Хайфу с юга.
Моше сидел у окна, справа по ходу движения автобуса, и смотрел, смотрел, смотрел на море, пока оно не исчезло за поворотом.

– Это Средиземное! Куда меня занесло! Что меня ждёт?
После всего пережитого в последние недели он, наконец, смог расслабиться.
– Как-никак, а я в Палестине! Слава Богу, та жизнь кончилась, здесь заживу по-новому! Лишь бы брата найти, он ведь здесь больше двадцати лет. Мама говорила, что он живёт лучше, чем мы там. Хоть бы его найти!... Какое море! Красота-то какая! Неужто я всё же добрался?

Flag Counter

Collapse )
я

Богодухов - 2.



Главы, не вошедшие в первую редакцию книги "Восхождение"

предыдущее здесь
https://artur-s.livejournal.com/6454538.html

Этот инцидент повлек за собой массу последствий, самым приятным из которых были отлучки друзей в Харьков.
Давид вовлек в предприятие еще и Гену, и поток заказов на проекты расширился, что давало возможность энским младшим лейтенантам практически еженедельно с разрешения самого начальника курсов мотаться в большой город и оттягиваться там на всю катушку, включая посещение питейных заведений и даже амурные приключения!

Мелкие заказы от преподавателей, типа помощи в решении конкретных задач и небольших консультаций, честно оплачивались незадачливыми начальниками-студентами.

Они устраивали походы в вышеописанную пивную, где, в отличие от некоторых ханыг-майоров, всё реализовалось посредством крепкой украинской горилки с перцем, зашлифовываемой для восстановления уставших клеток серого вещества головного мозга великолепным пенящимся свежим бочковым пивом, вкупе с горилкой вызывавшим небольшую отрыжку, но последняя успешно преодолевалась молодыми, мощными организмами приятелей!

Flag Counter

Collapse )
я

Богодухов



Главы, не вошедшие в первую редакцию книги "Восхождение"


К этому времени уже несколько студенческих сокурсников Давида защитили диссертации и работали в НИИ и ВУЗах.
Один из них, Гена Мальгин давно уже подбивал его к науке.
Были они тогда в городке Богодухове, на Украине.

А занесла их туда нелегкая по части военной переподготовки.
По военной специальности, полученной в университете, Давид был командиром взвода сто миллиметровых зенитных орудий.
В августе того года его вызвали в военкомат и предложили пройти переподготовку на ракетчика.
На Украине он к тому времени еще никогда не был, хотя корни по линии отца с матерью были там, а кроме того, отвлечься от работы, побывать в новом месте, поесть фруктов – август ведь! – почему нет?

Была еще одна причина для радости от этого вызова: в отношениях с женой уже с год как пробежала кошка, причем размеры этой кошки с каждым днем увеличивались.
В голове прочно сидела мысль: что-то надо делать! Развод?

Мысль не оформившаяся, но постоянная и нудная от безысходности: подрастал сынишка, родной и смешной мальчонка, к своим трем годам доставивший и много радостей и много хлопот.

Flag Counter

Collapse )
я

Главы, не вошедшие в первую редакцию моей книги "Восхождение"



Богодухов

В августе Давида вызвали в военкомат и предложили пройти переподготовку на ракетчика в украинском городке Богодухов недалеко от Харькова.
На Украине он к тому времени еще не был, хотя корни по линии отца с матерью были там, а кроме того, отвлечься от работы, побывать в новом месте, поесть фруктов – август ведь! – почему нет?

Была еще одна причина для радости от этого вызова: в отношениях с женой уже с год как пробежала кошка, причем размеры этой кошки с каждым днем увеличивались.
В голове прочно сидела мысль: что-то надо делать!
Развод?

Мысль не оформившаяся, но постоянная и нудная от безысходности: подрастал сынишка, родной и смешной мальчонка, к своим трем годам доставивший и много радостей и много хлопот.
Расставаться с ним в случае развода было бы безумием.

В военкомате он встретился с Мальгиным, спокойным добрым парнем, с которым вместе слушали лекции на одном потоке.
– Здорово, Давид!
– Привет, Гена! Ну что, поехали вместе, что ли? Веселее будет.
– Давай. Слушай, ты еще не защитился? Ты где работаешь?
– Я на авиазаводе, конструктора мы. А ты?
– А я вот в аспирантуре маюсь, пишу работу.
– Ну как, идет? Сидоров вон, защитился. Он мне рассказывал, что вкалывает двадцать часов в сутки, ноги ночью в тазу с холодной водой держит, чтобы не спать! А-ба-лдеть! В гробу я видел такую науку, в белых сандалиях с ремешками!
– Да, упорный он парень, далеко пойдет, если не помрет в тазу этом! Но ты, вроде, способный шибко, чего торчишь на этом заводе?
– Не-е-е, неспособный я к таким подвигам. Ну да ладно, наговоримся еще на эту тему, у нас ведь впереди целых три месяца!

Небольшой городок Богодухов был известен в широких слоях узкого круга лиц тем, что в годы войны он дважды был награжден Железным Крестом за преданность фюреру.
Почти все взрослое население после войны было выслано в Восточную Сибирь сроком на двадцать лет, чтобы там оно подумало о неправильности своего поведения.

Срок ссылки бандеровцев заканчивался, и они возвращались на родину к моменту трехмесячного визита, по военной надобности, обоих приятелей!
И пришлось приятелям не раз любоваться на этих крупных мордатых стариков, во время регулярного патрулирования с офицерскими погонами на плечах, в сопровождении двух солдат-резервистов!

Flag Counter

Collapse )
я

Миша – Моше.




Из моей книги "ЦИКЛОТИМИЯ"



Цикл. Интересные люди - 11.

С войны он вернулся офицером - старшим лейтенантом, хотя уходил рядовым. Толковым парнем был.
Вернулся не к жене, а к матери.
Жена не дождалась.
Год не получала писем, решила, что свободна и вышла замуж за соседа. Дочку-то воспитывать одной тяжело – говорила тем, кто осуждал.

Он переживал тяжко.
– Пока меня по госпиталям таскали, пока в себя приходил, она тут...- сказал и потом молча с помертвевшим лицом целый день лежал на кожаном диване, не сняв военную форму и сапоги.
- А чего же ты ни нам, ни ей не писал?
- Да писал я ей, почему письма не доходили - не знаю.

Дочку жалел, но видеть бывшую свою не мог.
Пошел в военкомат и попросился снова в армию, в ту же часть.
В полку вдруг вспомнили после войны, что он еврей.
- Мойше, дрррружочек - приняв крепко на грудь, говаривал майор, коверкая букву Р и растягивая с акцентом слова, - ти уже готовый защищать ррродину, которрррая на Востоке, которррая Палестина?
- Хе, хе, - поддакивали товарищи лейтенанты и сержанты, кто громко, а кто – вполголоса.

Как он добрался через Румынию до Палестины – никто не знает, он не рассказывал, но известно одно – в порту Хайфы при медицинском контроле беженцев из Европы, прибывающих на кораблях, забитых под завязку, его проверяла девушка – фельдшер, обратившая внимание на то, что ее фамилия и фамилия этого изможденного человека одна и та же.
Она рассказала об этом своему отцу и тот, прибывший в Палестину двадцатью годами раньше, узнал в Мише родного брата.
- Мне нечего делать там. Меня там предали и презирают, - говорил Моше, так стали его называть брат, жена брата и две племянницы.

Беженцев, прибывающих в страну, размещали, в том числе, в бывших казармах британской армии возле Атлита, рядом с Хайфой, недалеко от моря.
Там он прожил первые несколько недель, там же познакомился с Нэтой, красивой девушкой из Польши.
Потом какое-то время жил у брата в двухкомнатной квартирке, где кроме брата находились его жена и трое детей.
Спустя месяц включился в ячейку организации Эцель, сражавшуюся против англичан, и даже отсидел четыре месяца в британской тюрьме в Акко.
Потом дали знать о себе ранения, полученные под Курском в танковом сражении с немцами, и ему пришлось лечиться, отказавшись от участия в боевых действиях организации.

Он стал учиться параллельно на курсах иврита и бухгалтерских курсах.
Голова работала, желание подняться на ноги в новой стране было огромным...

Flag Counter

Collapse )
я

ИЗ ОСВЕНЦИМА – В «МОССАД»



Он бежал из Освенцима, был пойман, приговорен к смерти, но выжил и снова бежал. А потом летал во главе эскадрильи израильских ВВС, воевал в Сирии и Египте, занимался подрывной деятельностью в Йемене и угонял советские военные самолеты, разработал план, обеспечивший Израилю молниеносную победу в Шестидневной войне, а затем возглавил резидентуру «Моссада» в Европе.

История полковника Лирона – человека-легенды.

Генерал сирийской армии любил свою страну.
Однако деньги, причём хорошие, он любил ещё больше.
Именно поэтому он согласился приоткрыть известные ему военные тайны тому, кто готов заплатить за них достаточно высокую цену.
В конце концов, считал генерал, не так уж и важно, что разведка одной из европейских стран, с представителями которой он согласился встретиться и побеседовать, получит информацию о весьма скромной мощи сирийской авиации. «Нам с ними всё равно не воевать, – думал тогда сирийский генерал. – Это ж не сионисты, с ними бы я на сделку ни за что не пошёл!»

Был жаркий день, и рукава на рубашке сидящего перед ним собеседника были подвёрнуты. Потянувшись за кофе, тот обнажил руку чуть выше запястья, и генерал заметил вытатуированный на ней синий номер.

– Что это? – спросил он.

Собеседник лишь напряжённо улыбнулся, неопределённо махнув рукой.

– А, – догадался генерал, – я знаю: ты сидел в тюрьме!

Довольный своей сообразительностью, он похлопал смущённого европейца по плечу, давая понять, что, мол, и он не лыком шит.
Сидевший напротив него подполковник израильских ВВС и один из руководителей резидентуры «Моссада» в Европе Зеэв Лирон на всех известных ему языках ругал себя за оплошность, одновременно благодаря Б-га за то, что тот не даровал знаний и образования сирийскому генералу.
Зеэву Лирону в очередной раз бешено повезло.
Это невероятное, на грани чуда везение вообще сопутствовало ему всю жизнь. Наверняка в этот момент в памяти Лирона пронеслось воспоминание о тех, самых страшных днях, проведённых в камере смертников «одиннадцатого блока» концентрационного лагеря Освенцим.

***

– За попытку побега по нашим законам полагается смертная казнь, – молодой нацистский офицер, сидевший за столом перед вытянувшимся по стойке смирно заключённым номер 132355, был вежлив и по-своему даже дружелюбен.

– Сегодня четверг. Казни проводятся в понедельник. Пока вы побудете в одиннадцатом блоке. А дальше мы решим, что с вами делать: расстрелять или повесить, – дежурно сообщил офицер ему и двум другим участникам неудавшегося побега – Моше Лирону, брату Зеэва, и его товарищу Йоселе Розензафту.

Collapse )
я

Миша – Моше.

Из моей книги "ЦИКЛОТИМИЯ"



Цикл. Интересные люди - 11.

С войны он вернулся офицером - старшим лейтенантом, хотя уходил рядовым. Толковым парнем был.
Вернулся не к жене, а к матери.
Жена не дождалась.
Год не получала писем, решила, что свободна и вышла замуж за соседа. Дочку-то воспитывать одной тяжело – говорила тем, кто осуждал.

Он переживал тяжко.
– Пока меня по госпиталям таскали, пока в себя приходил, она тут...- сказал и потом молча с помертвевшим лицом целый день лежал на кожаном диване, не сняв военную форму и сапоги.
- А чего же ты ни нам, ни ей не писал?
- Да писал я ей, почему письма не доходили - не знаю.

Дочку жалел, но видеть бывшую свою не мог.
Пошел в военкомат и попросился снова в армию, в ту же часть.
В полку вдруг вспомнили после войны, что он еврей.
- Мойше, дрррружочек - приняв крепко на грудь, говаривал майор, коверкая букву Р и растягивая с акцентом слова, - ти уже готовый защищать ррродину, которрррая на Востоке, которррая Палестина?
- Хе, хе, - поддакивали товарищи лейтенанты и сержанты, кто громко, а кто – вполголоса.

Как он добрался через Румынию до Палестины – никто не знает, он не рассказывал, но известно одно – в порту Хайфы при медицинском контроле беженцев из Европы, прибывающих на кораблях, забитых под завязку, его проверяла девушка – фельдшер, обратившая внимание на то, что ее фамилия и фамилия этого изможденного человека одна и та же.
Она рассказала об этом своему отцу и тот, прибывший в Палестину двадцатью годами раньше, узнал в Мише родного брата.
- Мне нечего делать там. Меня там предали и презирают, - говорил Моше, так стали его называть брат, жена брата и две племянницы.

Беженцев, прибывающих в страну, размещали, в том числе, в бывших казармах британской армии возле Атлита, рядом с Хайфой, недалеко от моря.
Там он прожил первые несколько недель, там же познакомился с Нэтой, красивой девушкой из Польши.
Потом какое-то время жил у брата в двухкомнатной квартирке, где кроме брата находились его жена и трое детей.
Спустя месяц включился в ячейку организации Эцель, сражавшуюся против англичан, и даже отсидел четыре месяца в британской тюрьме в Акко.
Потом дали знать о себе ранения, полученные под Курском в танковом сражении с немцами, и ему пришлось лечиться, отказавшись от участия в боевых действиях организации.

Он стал учиться параллельно на курсах иврита и бухгалтерских курсах.
Голова работала, желание подняться на ноги в новой стране было огромным, и он стал осваиваться быстрыми темпами.

Flag Counter

Collapse )
я

Беглец - 4.

предыдущее здесь: https://artur-s.livejournal.com/6345171.html

Из моей книги "Повести, рассказы, истории"





Часть вторая

Моше застыл перед последним шагом…
Все чувства замерли.
Он не ощущал, тепло ли, жарко ли.
Пахло стройкой.
На крыше стояли вёдра с битумом, доски, вёдра с краской.
Но обоняние тоже было отключено.
Лишь глаза, устремлённые к морю, видели.
В эти секунды, что отделяли его от неизвестности, снова встало перед глазами Средиземное море 1947 года, когда старый румынский катер доставил его вместе с еще десятком нелегальных беженцев к берегам Палестины.


Глава седьмая.

В Хайфском порту катер пришвартовался к небольшому деревянному причалу.
Английский офицер, стройный, подтянутый молодой человек, в сопровождении солдата и медицинской сестры, шагнул на катер и быстро осмотрел прибывших.
Затем отдал короткое распоряжение капитану катера и ушёл, оставив солдата и медсестру, которая, как выяснилось, должна была сделать прививки.

Опасаясь заразы, которую могли завезти иммигранты, прибывавшие со всех концов Европы, власти Британского Мандата проводили поголовные прививки.
Медсестра, молодая симпатичная женщина, лет двадцати-двадцати трёх, достав из саквояжа шприц, ампулы и вату, подходила к каждому, жестами просила закатать рукав, и ставила укол.

Моше оторвал от лежащей на полу газеты клочок и карандашом написал на иврите фамилию Генис и имя Зейлик.
Когда она подошла к нему, он протянул ей бумажку и на идише попросил:
– Брат у меня здесь. Помоги найти. Генис Зейлик.
У девушки широко открылись глаза.
Она сначала отшатнулась, потом стала внимательно вглядываться в лицо Моше.
На идише же спросила:
– Как тебя зовут?
– Моше-Давид Генис.
После короткого молчания девушка сказала медленно:
– Хорошо. Я попробую его найти.

Прежде чем сойти на берег, она обернулась, окинув взглядом Моше-Давида, его заросшее многодневной щетиной лицо, фигуру в обтрёпанных пиджаке и брюках, пыльные солдатские ботинки.

– Да, что-то есть… Лицом и осанкой он похож на отца! Неужели это мой дядя? Нет, не буду ничего ему говорить. Сначала скажу отцу, вдруг что-нибудь не так, вдруг я ошиблась?

Между тем, всю группу прибывших вывели на берег.
Здесь были молодые и пожилые, мужчины, женщины, дети.
В основном, это были румынские евреи, пятеро – из Венгрии и несколько человек из СССР.

Нагруженные котомками и чемоданами, сетками и сумками, люди подошли к стоявшему неподалёку автобусу грязно-голубого цвета, старому и видавшему виды.
Мужчины забросили вещи на крышу автобуса, огороженную низким металлическим ограждением.

Все расселись по местам, и машина тронулась, поднимая пыль, по дороге, ведущей от морского порта сначала вдоль моря, а потом в глубь страны, огибая Хайфу с юга.
Моше сидел у окна, справа по ходу движения автобуса, и смотрел, смотрел, смотрел на море, пока оно не исчезло за поворотом.

– Это Средиземное! Куда меня занесло! Что меня ждёт?
После всего пережитого в последние недели он, наконец, смог расслабиться.
– Как-никак, а я в Палестине! Слава Богу, та жизнь кончилась, здесь заживу по-новому! Лишь бы брата найти, он ведь здесь больше двадцати лет. Мама говорила, что он живёт лучше, чем мы там. Хоть бы его найти!... Какое море! Красота-то какая! Неужто я всё же добрался?

Flag Counter

Collapse )
я

Наследие Древнего Рима: 10 изобретений

Несмотря на то, что Римской империи более 2000 лет, ее вклад в мир продолжается и сегодня. Обычно мы предполагаем, что древние люди были отсталыми и простыми, но это просто неверно. Мы многими технологиям обязаны древним римлянам. От архитектуры до развлечений — римские обычаи, знания и проекты были переданы на протяжении веков.



1. Бетон.

Римляне умели делать твердые, долговечные формы бетона. В то время как сегодняшний бетон будет разрушаться через 50 лет или раньше, римский бетон все еще остается прочным.



2. Дороги и шоссе.

Как только римляне поняли, что вымощенные дороги могут помочь им сохранить сильную армию и империю, они построили их повсюду. В течение 700 лет они проложили 88 500 км дорог по всей Европе. Эти дороги были хорошо спроектированы, рассчитаны на длительный срок и позволили быстро путешествовать по империи. Даже после 2000 лет многие римские дороги все еще существуют сегодня.



3. Рестораны.

Римляне любили хорошую еду, и их столовая была важной частью их жизненного пространства. Типичный римский ужин, который напоминает большую часть современного ужина в ресторане, состоял из трех блюд: закуски, основного блюда и десерта.

Collapse )
я

Любопытные факты о меджаях Древнего Египта

Меджаи сегодня известны благодаря блокбастеру «Мумия» с участием Брендана Фрейзера и последней игре из франшизы Assassin’s Creed. И хотя в последние годы интерес к Древнему Египту растёт, известно об этой цивилизации немного. В трилогии «Мумия» утверждается, что меджаи все еще существуют сегодня и представляют собой элитную группу воинов, которая передает свое мастерство из поколения в поколение, чтобы защитить скрытые сокровища мертвых фараонов.

Любопытные факты о меджаях Древнего Египта



1. Этническая группа


На протяжении многих лет меджаи развивались очень быстро, став первыми главными наемниками Древнего Египта, а затем этакой полицией египетского государства. Со временем их происхождение стало очень неясным. Тем не менее, меджаи первоначально были этнической группой, которая жила в Восточном Судане и была связана с древними нубийцами. Меджаи были широко известны своими военными навыками и успешными захватами новых территорий. Прочие государства вокруг них, такие как кушиты, боялись боевых умений меджаев.

В то время меджаев часто использовали в качестве наемников. Хотя изначально они были просто пастухами с хорошими боевыми навыками, в конечном итоге эта этническая группа превратилась в нечто совершенно иное. На протяжении многих лет меджаев нанимали римляне, кушиты и египтяне, их умения обросли легендами и их в конечном итоге стали воспринимать как некую организацию. Данная организация стала основой элитной боевой силы египтян — это был один из ранних примеров, когда завоеванная народность превратилась во что-то полезное вместо того, чтобы быть уничтоженной.

2. Полувоенная полицейская сила


Меджаи изначально были больше, чем просто этнической группой, они были народностью, но со временем это изменилось, поскольку древние египтяне увидели потенциал в использовании меджаев в качестве элитной «полиции». Сначала меджаи специализировались на оказании помощи египтянам в военных операциях, а также занимали много рабочих вакансий в древнеегипетском обществе. Однако с течением времени их навыки сражений стали более уважаемыми, а их роль стала более специализированной.

Со временем роль представителей этой народности настолько изменилась, что из-за их боевых способностей из меджаев начали формировать силовые структуры Египта. Хотя их в основном считали особой стражей фараонов, меджаи также были очень важны для повседневной полицейской работы в государстве. Некоторые историки полагают, что многие этнические египтяне присоединялись к меджаям на протяжении многих лет, в надежде достичь определенного статуса и уважения, который имели сами меджам.

3. Лучники


Даже сегодня, когда огнестрельное оружие является самым популярным и распространенным в мире, стрельба из лука все еще может обеспечить определенный уровень конкуренции огнестрелу в плане смертоносности и бесшумности. Но во времена, когда не было современных передовых технологий, люди, которые мастерски обращались с луком, зачастую могли решить исход сражения. Например, хотя многие люди склонны думать о катанах как о самом популярном оружии среди самураев, навыки стрельбы из лука считались гораздо более важными в то время.

Collapse )