Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

я

Беглец. Повесть. - 3.




предыдущее здесь:
https://artur-s.livejournal.com/6458032.html

Из моей книги "Повести, рассказы, истории"





Глава пятая

– Так вот, жрать стало нечего, старшая сестра уже была переростком, замуж надо, а за кого?
Из Жванца все поразбежались, помнишь?

И вот, получаем мы письмо от дяди Лёвы, ты его видел как-то у нас дома.
Он, оказывается, здорово продвинулся к тому времени.

Работал в ЧК, прошёл всю гражданскую, а в двадцать шестом году его направили в Новосибирск, который тогда еще назывался Новониколаевск.
Поставили его каким-то начальником на фабрике имени ЦК швейников.

Дядька там женился, получил квартиру, и звал маму со всеми нами переехать с Украины.
Мама долго думала, но делать нечего – работать нам негде было; продала домик, да и переехали мы в Сибирь.
Вот уже девятнадцать лет здесь живём.

Я и в армию ушёл в сорок первом отсюда, всю войну прошёл, вот вернулся к родне, да что-то не вышло у меня, захотелось назад, в армию.
А ты как жил эти годы?

– Как тебе сказать? Плохо жил. Как все евреи в этой стране, кроме тех, кто забыл своё еврейство, хотя им на каждом шагу об этом напоминали. Не так ли?

Моше промолчал.
– Не знаю, как ты, – продолжал Натан, – а я уже вот до сюда, – он показал на горло, – нахлебался в этом Союзе.
Меня, с моим картавым разговором и еврейским носом, уже заколебали.
"Жид" – если не вслух, то про себя здесь так каждый думает о еврее.
Сколько я дрался, бил морды – всё бесполезно. Это у них у всех в крови сидит.

Flag Counter

Collapse )
я

Беглец. Повесть. - 1.



Из моей книги "Повести, рассказы, истории"




Ещё запыхавшись от бега вверх по лестнице на третий этаж, он подошёл к краю.
Плоская крыша дома не была огорожена – дом новый, не успели.

Посмотрел вниз – стало жутко.
Тошнота, отступившая, было, во время подъёма, снова подошла к горлу.
На правой руке, чуть выше локтя он заметил капли запёкшейся крови и серо-красные капельки.

– Это её мозги. Надо было всё же сменить рубашку, – вяло подумал он.
Посмотрел вокруг.

Желтоватые двухэтажные домики обступали огороженный дощатым забором двор, где валялись бетонные плиты, кучи строительного мусора и сложенный штабелями красный кирпич.
Дальше, за домами, виднелось море.
Хайфа спускалась к нему ступенчато.

Был полдень.
Море уходило к горизонту голубым полотном.
В отблесках солнца полотно блестело, переливаясь и слепя глаза.

– Всё, жизнь кончилась, – прошептал он, и сделал ещё один, предпоследний, шаг.
Страха не было.
Было желание поскорее кончить с этим.
– С чем с этим? С такой жизнью, будь она проклята!

И за секунду до последнего, теперь уже, шага в бездну эта жизнь...



Flag Counter

Collapse )
я

Тряхнём стариной - 2.



предыдущее здесь:
https://artur-s.livejournal.com/6456575.html

... Игорь Власов с женой-красавицей Люсей.
Эта пара, пожалуй, была самой симпатичной из нашей компании. Внешне и внутренне. Была.
Была.
Они и все другие ушедшие мои друзья и приятели умерли, когда я уже был далеко-далеко от них, тысяч пять, а то и больше, километров.

Впервые я познакомился, ещё на четвёртом курсе, не с Игорем, а с его отцом, доцентом, преподававшим аэродинамику.
Это был небольшого роста, крепко лысоватый, как мне казалось, старик лет сорока пяти-пятидесяти.
И этот змей ну просто впивался глазами и поводил бёдрами в сторону моей тогдашней страсти, которую я боготворил и обожествлял, несмотря на то, что оба этих слова фактически синонимы!

Моя пассия багровела от удовольствия, потому как девятнадцатилетней девочке льстило внимание хоть и замухрышного, но всё же преподавателя, кандидата и доцента.
Я же сидел за соседним столом, сжимая кулаки и бледнея от ревности, и прикидывал, каким карам я подвергну этого старого урода, осмелившегося в моём присутствии распускать слюни в адрес моего обожаемого существа!

Завершилось всё, как и следовало ожидать, прозаически. Сдали мы зачёт этому хлыщу, да и позабыли об инциденте.

Flag Counter

Collapse )
я

Тряхнём стариной - 1.



– Дока, ты кто: оптимист или пессимист?
– А что такое случилось? Ты потерял мой кошелёк?
– Да брось ты! Я серьёзно. Вот скажи, у тебя стакан наполовину пустой или…
– У меня не стакан. У меня рюмка. И она бывает только в двух состояниях: либо полна до краёв, либо пуста. Полную опустошаю до дна, а пустую наполняю до краёв. А что?
– Нет, ты скажи всё же…
– Я же тебе сказал. А ты сам уже домысли, где оптимизм, а где пессимизм. Эта дурь с дурацким этим вопросом не волнует меня последние лет двадцать. Или тридцать Точно не помню. Короче, что случилось?
– Хорошо тебе. Ты толстокожий. А вот я пессимист от рождения, видать. У меня стакан всегда наполовину пустой. Наверно, стакан какой-то неправильный. А отчего?
– Да. Отчего?
– А ты сам посуди. Вот я уже немолод, не красавец и далеко не счастлив. С женой развёлся, новой найти не могу, какие-то крысы попадаются, дуры вокруг и вообще окружение моё повымерло в молодом и среднем возрасте.
Рассказать тебе о моих друзьях, которые остались там, в моей прошлой жизни, в Союзе, до моей эмиграции?

Flag Counter

Collapse )
я

Нелёгкий выбор, мдя...




- Вот тут у меня возник вопрос на засыпку.
Что правильнее: сидеть всю жизнь на одном месте работы и потом тихо слинять на пенсию или же, как издавна рекомендуют американские психологи, раз в семь лет менять либо жену, либо место жительства, либо наконец, место работы?
А иначе, говорят они, можно или свихнуться, или слететь с катушек или вообще попасть в дурку, что, как говорится, однохерственно или как говорят продвинутые блогеры, монопенисуально...
Вы как на это дело смотрите, други мои дорогие?

Этим летом мы с друзьями на своих шкурах ощутили гримасы климата, о чём неоднократно предупреждал некий претендент на американское президентство, отхвативший в утешение к своему проигрышу Нобелевку за идею о глобальном потеплении, помните такого?

Так вот.
Июнь, июль, август, а теперь вот ещё и начало сентября настойчиво и тщательно задолбали нас жуткой жарой, дикой влажностью, а теперь ещё и электромагнитными бурями на нашем общем светиле, мать его...упс... нет, я не обижаюсь на Солнце, но сколько ж можно?..

Короче, приходится спасаться от гримас нашего климата не отходя от кассы, то есть, от кондиционера, в нашем случае.
То на работе, то дома, а то и где-нибудь в кафе, если захочется потрепаться с друзьями за жизнь, что мы реализовали на этот раз.

Мы выбрали уютное и тихое кафе в Кирьят-Тивоне, небольшом курортном городке в десятке километров от Хайфы.
Точнее, предложил его я, поскольку в далёком девяносто первом году, через неделю после репатриации в Израиль именно в Тивоне мы с женой делали первые шаги по израильской земле под звуки сирен, предупреждающих об атаках саддамовских Скадов, предположительно набитых химией, для чего забегали в свою маленькую квартирку и заклеивали окна плёнкой с помощью клейкой ленты.

Так что, при выборе этой кафешки был у меня и элемент ностальгии по двухлетнему пребыванию в этом городке на десяток тысяч жителей, с его извилистыми улочками, засаженными платанами, бугенвиллиями, араукариями и прочими вечнозелёными диковинами, о которых я в своей Сибири и мечтать не мог.

- Так вот, - продолжил я начатую речь, - у меня в друзьях, знакомых и родственниках в прошлой жизни на просторах Союза было несколько таких заскорузлых граждан, которые и просидели на одном месте после вузов до самой пенсии по сорок – пятьдесят лет.

Сказать, что они были чудаками – это ничего не сказать, правда, один сделал докторат, не вылезая из своей лаборатории, второй так до пенсии и рисовал радио-электронные схемы карандашом на миллиметровке, третий вообще, кроме дома, работы и грядок на шести сотках за всю жизнь никуда не вылезал и ни черта не видел...

Flag Counter

Collapse )
я

Леди Макбет



Из моей книги "Циклотимия"



Кажется, - ну столько раз мы бывали в Акко! – что тут может быть нового и интересного? а вот – тянет сюда.
Нет, не в современный город, городишко, можно сказать, не выдающийся, маленький, типический для Севера, а именно в Старый Город, в крепость!
Хороша крепость, ничего не скажешь!



В прошлом году на Мальте я первым делом сравнил мальтийскую цитадель с аккской, хотя та, конечно, покруче будет. Но те же мощные, высоченные стены, отвесно падающие в море, те же бойницы, тот же камень, те же выбоины в нем, оставшиеся от нескончаемых следов ушедших в глубины истории повозок, копыт лошадей и сотен тысяч подошв средневековых сапог. Как там поётся?
Вы слышите: грохочут сапоги
И птицы ошалелые кричат?…

А птицы, в основном, чайки и альбатросы, и сейчас кричат, кружа над волнами Средиземного моря, разбивающимися о могучие и неприступные стены, выдержавшие натиск войск Наполеона, напрасно штурмовавшего эту крепость…

Мы бродим по мощеным и асфальтированным улочкам, превращенным в большой торговый центр с десятками магазинчиков, в которых аккские арабы торгуют пряностями, бижутерией, ремесленными изделиями, украшениями и прочей мелкой ерундой.



По затемненным закоулкам, тупикам, внезапно распахивающимся площадям, мимо причудливо и неожиданно появляющимся тут и там каменных ступеней, ведущих вверх, в квартиры живущих здесь арабских семей, развешивающих стираное белье прямо у нас над головами, на балкончиках стареньких каменных построек.
Или вдруг вдали возникает какой-то храм, а рядом толкутся люди у магазинчиков, лавочек в поисках сувениров или тех же арабских пряностей.



- Ну просто театр! – воскликнул Друг, - декорации к спектаклям о средних веках!
- Пожалуй, ты прав, - поддержал его Старик, - театр, а люди в нем актеры…
- И актрисы, - вставился я, аккуратно указывая глазами на идущую навстречу молодую арабку с пышным бюстом, блестящими карими глазами и прекрасной матовой кожей лица.
- Кстати, об актрисах. Не было ли в вашей, друзья мои, коллекции актрис?.. По вашему дружному молчанию я понял, что эта жутковатая чаша вас, друзья мои, миновала.
- Отчего же жутковатая? – спросил я вкрадчиво, отчетливо понимая, что мы напарываемся на очередное приключение нашего шустрого Старика и, соответственно, на его очередной рассказ.

- Да. Было дело. Но давайте тогда сядем вон в том кабачке наверху, примем по сто капель вина фирмы Кармель в качестве успокоительного.
- А что, так худо было? – со смешком спросил Друг.

Flag Counter

Collapse )
я

Богодухов - 2.



Главы, не вошедшие в первую редакцию книги "Восхождение"

предыдущее здесь
https://artur-s.livejournal.com/6454538.html

Этот инцидент повлек за собой массу последствий, самым приятным из которых были отлучки друзей в Харьков.
Давид вовлек в предприятие еще и Гену, и поток заказов на проекты расширился, что давало возможность энским младшим лейтенантам практически еженедельно с разрешения самого начальника курсов мотаться в большой город и оттягиваться там на всю катушку, включая посещение питейных заведений и даже амурные приключения!

Мелкие заказы от преподавателей, типа помощи в решении конкретных задач и небольших консультаций, честно оплачивались незадачливыми начальниками-студентами.

Они устраивали походы в вышеописанную пивную, где, в отличие от некоторых ханыг-майоров, всё реализовалось посредством крепкой украинской горилки с перцем, зашлифовываемой для восстановления уставших клеток серого вещества головного мозга великолепным пенящимся свежим бочковым пивом, вкупе с горилкой вызывавшим небольшую отрыжку, но последняя успешно преодолевалась молодыми, мощными организмами приятелей!

Flag Counter

Collapse )
я

Богодухов



Главы, не вошедшие в первую редакцию книги "Восхождение"


К этому времени уже несколько студенческих сокурсников Давида защитили диссертации и работали в НИИ и ВУЗах.
Один из них, Гена Мальгин давно уже подбивал его к науке.
Были они тогда в городке Богодухове, на Украине.

А занесла их туда нелегкая по части военной переподготовки.
По военной специальности, полученной в университете, Давид был командиром взвода сто миллиметровых зенитных орудий.
В августе того года его вызвали в военкомат и предложили пройти переподготовку на ракетчика.
На Украине он к тому времени еще никогда не был, хотя корни по линии отца с матерью были там, а кроме того, отвлечься от работы, побывать в новом месте, поесть фруктов – август ведь! – почему нет?

Была еще одна причина для радости от этого вызова: в отношениях с женой уже с год как пробежала кошка, причем размеры этой кошки с каждым днем увеличивались.
В голове прочно сидела мысль: что-то надо делать! Развод?

Мысль не оформившаяся, но постоянная и нудная от безысходности: подрастал сынишка, родной и смешной мальчонка, к своим трем годам доставивший и много радостей и много хлопот.

Flag Counter

Collapse )
я

Первая любовь



Если ехать от Нацерета в сторону Хайфы, и завернуть направо в Рамат-Ишай, а потом на развилке свернуть налево, то попадёшь в ресторанчик "Лимузин", где подают замечательного приготовления мясо.

– А всегда ли, Дока, если заворачиваешь налево, попадаешь на приличное мясо? – спросил Друг, тщательно пережёвывая здоровенный кусок телятины, приготовленной именно замечательно, под всякими соусами и подливками.
– Фу, как грубо, – ответил я, не переставая орудовать ножом и вилкой. – Почему ты грязно ругаешься в присутствии самого Старика?
– Ладно, – с набитым ртом откликнулся Старик. – Сегодня я добрый. Пусть грубит. Хотя я бы на его месте рассказал за таким шикарным обедом что-нибудь полезное в сочетании с приятным, а может быть, даже поучительным и где-то с философским уклоном!
– Можешь, Друг? Я ведь знаю, что можешь! Извлеки из анналов…
– Откуда, откуда?
– Ну вот, опять ты пытаешься пошлить… Нет, правда. Давай, двинь нам что-нибудь о чистом и безгрешном. Например, о любви, но без этих твоих заносов и прочих штук, тесезеть… О самой первой твоей любви, к примеру.
– Ладно, – неожиданно быстро сказал Друг. – Подняли бокалы! За первую и абсолютно безгрешную любовь, но с вариациями и уклонами в сторону философических размышлений!
Итак.
Её звали Алей.

Flag Counter

Collapse )
я

Американская мама




Про саму маму я писать не буду.
Во-первых, я её в глаза не видел. Во-вторых, она умерла.
Чего о ней писать?

А вот о её сыне напишу.
Хороший, добрый мужик. Учился мало, но от рождения добрый и тихий. Таких осталось немного, потому что вымерли. И он, кстати, скоро умрёт.
Вот об этом и речь.

Всю свою жизнь, а это шестьдесят лет, он прожил в кибуце. Только сходил в армию на четыре года.
Вернулся из армии, стал искать работу.
Ему и говорят:
– Слушай, тут есть работёнка несложная на заводишке, туда-сюда сходить, подкрутить, завернуть – всего-то делов. Но работать надо по ночам. В ночную смену. Потому что никто не хочет. Потому что все хотят ночью спать. Ленивые потому как. А ты у нас молодой, красивый, добрый и правильный. Ты как, согласен?
Он зарделся от похвалы и сказал, что согласен.
И начал работать. По ночам.
И проработал так тридцать лет.
По ночам.
А днём спал.

Flag Counter

Collapse )